Перейти к содержанию

Я люблю…

АВТОР ИДЕИ:
Сытник Сергей Александрович, г. Балаклея, Харьковская область

Впервые я увидел её задолго до нашей встречи. Она приходила ко мне во снах. Её улыбка дарила мне блаженство. Её глаза как зеленая бездна увлекали меня за собой в неведомые дали. Я тонул в их бесконечной глубине и наслаждался этим. Я слышал запах её волос. Это был божественный аромат леса, травы, цветов. От неё исходило такое свечение, словно передо мной стоял ангел. Чистая, светлая, невинная. Я сходил с ума от желания прикоснуться к ней. О, нет! Это было не желание заполучить тело. Я хотел владеть её душой. Её сердцем. Я хотел любить её. Она увлекала меня за собой на зелёный луг. Кружилась как лесная нимфа в хороводе цветов. Я шел за ней, не в силах оторвать взгляд от её нежной красоты и шелковистой кожи. А потом наступало утро, и я просыпался…
Моя жена с недовольным видом сообщала мне о том, что я во сне разговариваю и смеюсь и мне срочно нужно показаться психиатру. Она называла меня ненормальным и сетовала на то, что ей надоели мои странности и что она отдала мне лучшие годы своей жизни. А я думал о том, как меня угораздило связать себя узами брака с этой недалёкой женщиной, которую интересовали только мои деньги. Я был слеп, пьян или сошёл с ума. Не знаю, что на меня нашло в тот момент, но смотря на неё сейчас, я видел ворчливую вечно недовольную стареющую женщину, в голове у которой было мало, а в душе пусто. Я и сам был немолод. Вот уже шестой десяток пошел. Конечно, не юный мальчик, но и не старик. Я прожил с ней почти тридцать лет. Нет, не прожил. Промучился. Почему не развелся? Сам не знаю. Всё боялся затевать скандал. Мне так не хотелось истерик, что я панически боялся не развода, а того, что последует, если я хотя бы намекну на него. А ещё, наверное, из-за сына. Мне так стыдно признаться, что мой сын вырос разгильдяем, лодырем и пропойцей. Все, чего он достиг в жизни в свои двадцать восемь лет, так это нажил компанию таких же глупых бездельников, которые ночами шлялись по барам и клубам, а днём отсыпались. Весь в женушку удался. Чтобы утолить свою душевную тоску, я вступал в связи со случайными женщинами. Я не про девушек лёгкого поведения. На это я бы не решился. Я про тех женщин, которые, как и я, не смогли найти любви и счастья в семейной жизни, и искали её на стороне. Встречался. Любил. Но любил недолго, лишь во время наших тайных свиданий, а потом снова погружался в чёрную тоску. Несколько раз предательски думал о самоубийстве. Однажды даже петлю на шею накинул и придушил себя чуть-чуть, но не хватило смелости. Я всегда был трусом. Страшно. А что страшно – умирать? А жить несчастным – не страшно? Плакал. Глотал немые слёзы, пока женушка и сын меня не видели. Давал им деньги на шмотки и развлечения, только чтобы они ушли из дома, и я мог побыть один. Или уходил сам. Говорил, что срочная работа, что забыл важные бумаги в сейфе, что наклёвывается выгодный договор. И уходил в никуда. Бродил по улицам, как неприкаянный. Заходил в такие места, куда в здравом уме никто не пойдет, особенно ночью. Искал смерти. Искал покоя. А потом всё изменилось…
Первый раз она явилась ко мне во сне после того как я стянул петлю с шеи. В ту ночь я был один. Женушка укатила на заграничный курорт на целый месяц, а сынок разгильдяй как обычно ушёл искать на свою голову ночных приключений в барах и клубах. Я долго ворочался, не мог заснуть. Всё думал о своей загубленной жизни. Хотелось кричать от своего бессилия, но я же мужчина. Хотя никто не видит… Сцепил зубы. Сдержался. Нельзя кричать. Нужно быть сильным. Потом заснул. Сначала я оказался в тёмном месте посреди дороги. Не знал куда идти, поэтому пошёл вперед.  Все казалось тусклым и мрачным, но мне было всё равно. Я привык идти, лишь бы просто идти. Для меня было главным не стоять на месте, иначе я сойду с ума. А потом мне в спину подул ветер, и я впервые ощутил этот сказочный аромат. Такой неземной. Такой упоительный. Прохладный и сладкий одновременно. Я закрыл глаза и стал вдыхать его. А когда открыл их снова, то очутился на светлом цветущем зелёном лугу. Солнце ласково и весело играло на лепестках цветов, и скользило по моему лицу. Вдали я увидел её. Как она была прекрасна! Как светла и чиста! С того дня она приходила ко мне каждую ночь. Днём я искал её в каждой женщине. Всматривался в каждое лицо. Боялся упустить мою зеленоглазую нимфу. Боялся, что буду смотреть в другую сторону, ища её, а она пройдет мимо, и я не увижу. Я был уверен, что она существует, что она не плод моего воображения. Я стал похож на одержимого.
Моя жена каждый день допекала меня своей губительной ненавистью. Для неё я был не достаточно хорош. Мало зарабатывал, и это несмотря на то, что я был директором крупного банка, а у неё всегда было все, о чём она просила. Я давно знал, что она изменяет мне, и куда уплывают заработанные мной деньги. Но я снова не развёлся. Я так боялся скандала. Рисовал в голове, какой поднимется крик, слёзы, проклятия и не мог заставить себя. Господи, что я сделал со своей жизнью? Зачем жил с нелюбимой женщиной? Лучше быть одному, чем жить несчастливым. Это я понял позже, когда моя благоверная показала своё истинное лицо. То, что для многих одиночество, для меня стало бы свободой. Я так хотел вдохнуть полной грудью. Я был как раб, предназначение которого работать и работать. А ведь когда-то я любил ездить загород по выходным. Наслаждался пестротой и в тоже же время тихой робостью природы, которая очаровывала меня ненавязчиво, спокойно, нежно. Когда это было? С того времени прошло много лет. Сколько точно? Тридцать. Бог мой! Мне за пятьдесят, а за свою жизнь я не был счастлив. Хотя нет, вру, был. Когда была жива мама. Я приезжал к ней каждые выходные. Бывало садился у её ног, клал голову ей на колени, а она гладила мои густые взъерошенные волосы. Мама как этот ангел, приходящий ко мне во снах, была чиста и светла. Мама умела любить беззаветно и преданно, как не умеет никто другой. Тогда я был счастлив. Я был любим.
Когда я познакомился с женой, я был молод и глуп. У неё была красивая внешность и фигура и я, глупец, погнался за телесной красотой. Сердце, душу, вот что я должен был искать в женщине. Я сам виноват. Собственными руками одел ей кольцо на палец. Собственными руками перенес в дом через порог. Собственными руками позволил ей растоптать меня как мужчину. Для других – соседей, подчиненных, коллег – я был грозным свирепым начальником, которого уважали и боялись, а для жены – неудачником, который испоганил ей жизнь. Я испоганил? Знать бы чем. Все прихоти выполнял, на руках носил, осыпал подарками, а в ответ ни капли любви. А мне бы хоть глоток этого чудесного напитка. Хотя бы глоток, чтобы я мог ощутить вкус настоящего рая.  Но жена пожалела для меня даже каплю. И сына вырастила таким же. Ах, если бы она знала, что мне давно известно, что это не мой ребёнок. Что она забеременела от одного из своих любовников. И зачем я пожалел её? Почему не рассказал, что всё знаю? Почему не выгнал её? Ребёнка было жалко. Куда он с такой родительницей? Нет, думал, воспитаю мальца. Буду любить как своего, а он даст мне хоть капельку своей сыновней любви. Воспитал. Вырастил. И что взамен. Ни капли отдачи. Он, также как и жена, презирает меня. А за что? За то, что пытался объяснить ему, что негоже взрослому человеку ночами по клубам шататься, что пора взяться за ум, что помогу ему в этом. В ответ – «отвали, батя, ты ничего не сечешь в жизни». Может, и не секу в жизни, но тебя бы нужно высечь. Но руку на ребёнка никогда не поднимал, а на взрослого сына так тем более не смогу. 
Весь год я жил только снами. Выстоял благодаря им. Не сошел с ума от реальности, только потому, что знал, ночью я снова увижу её. Для меня реальностью были эти сны, в которых я встречался со своим зеленоглазым божеством бесподобной чистоты и красоты. Почему она выбрала меня? Я – ничтожество, зря прожившее свою жизнь. Что я смогу положить на чашу весов, когда с меня спросят, как я распорядился временем, отведенным мне на земле? Да, основал банк. Разве это достижение, которое я понесу за плечами в духовный мир? Кому там нужны мои деньги и высокое положение? Я знал правду, знал истину. Я никчемный человек, который не смог принести в эту жизнь ничего хорошего. Только с ней, с моим ангелом из грёз, я чувствовал себя счастливым. СЧАСТЛИВЫМ! 
А потом произошло нечто необъяснимое. До сих пор кажется, что это невозможно. Так не бывает. Но ведь случилось… Я увидел её. Не во снах, как раньше, а наяву. Она была среди практикантов, которые проходили обучение в моём банке. Я не поверил своим глазам. Сначала в кабинете я почувствовал знакомый аромат леса и луговых цветов. Он был так знаком, так упоителен. Я пошел за ним. Вышел из кабинета и спустился в главный зал. Она стояла среди других студентов, с любопытством рассматривая всё вокруг. Зеленые глаза светились радостью и волнением. Её каштановые волосы волнами ниспадали на плечи, затем ниже к пояснице. Платье прикрывало колени. Оно было строгим, но таким легким в своей простоте, что создавалось впечатление, что это божественное создание спустилось с небес и впервые оказалось в нашем мире. Я схватился за поручень лестницы, возле которой застыл. Мне перехватило дыхание. Я не мог оторвать взгляда от своей юной прелестницы. Захотелось подойти к ней, взять за руку, перенестись на зеленый луг и кружиться до упаду, пока я и моя нимфа не упадём от усталости и будем, лежа на прогретой солнцем траве, смотреть на облака. Один из сотрудников, заметив, как я застыл внизу лестницы, участливо спросил, не плохо ли мне. Мне было плохо. Плохо потому, что я не мог подойти к ней сейчас. Я с трудом нашёл в себе силы оторвать взгляд от моей красавицы и подняться на второй этаж в кабинет. С этого дня я следил за ней. Не знаю, что со мной случилось, но у меня как будто открылось внутреннее зрение. Я слышал её мысли. Словно тонкая струя воздуха, стремительно передвигаясь по помещению банка, доносила до меня все её тайные желания. Я стал чувствовать настроение людей, мог предсказать, что случится с ними через несколько минут. Я как будто душой слился с космосом. Неужели любовь способна творить такие чудеса? Я ведь до этого никогда не любил. Разве я мог представить себе, какое это счастье – любить и быть любимым. Теперь я был любим. Моя нимфа всё поняла. Я признался ей в том, что женат, рассказал о непутевом сыне, сказал, что ей лучше бежать от меня, а она, улыбаясь, точно как на зелёном лугу, доверчиво смотрела на меня большими светлыми глазами, и я безвозвратно тонул в них и трепетал перед ней.
Целый год счастья. СЧАСТЬЯ! Мою девочку не испугало, что я старше её  на много-много лет. Не испугало то, что я по глупости связал себя узами брака со своей женой, которую ненавидел. Не испугало то, что ей, светлой и чистой, придётся жить в тени. Она любила меня. МЕНЯ! Не мои деньги и моё положение в обществе, а МЕНЯ. Раньше мне попадались глупые женщины, но моя нимфа была умна. С ней я чувствовал себя мужчиной, не потому что владел ею, а потому что она восхищалась мной, но не слепо, а с открытыми глазами и душой. ДУШОЙ! Она восхищалась моими хорошими поступками, корила за дурные. Её душевность не уступали её красоте. Я не мог понять, как в таком хрупком создании, уживается доброта, сердечность, милосердие, и в то же время, упрямство, сила воли, интеллект. Я думал, что встретил чистого и светлого ангела, а я встретил божество. Мне нравилось прикасаться к ней. Пальцы скользили по шелковой коже, и я чувствовал себя на седьмом небе от счастья. Мы много разговаривали – о взглядах на жизнь, о литературе, о музыке. Я представить себе не мог, что можно вот так целую ночь напролёт разговаривать. Мы даже молчали в унисон, думали одинаково. Такое родство душ стоит целой жизни. Подумать только, я закончил учёбу, основал банк, стал успешным бизнесменом, а она, моя ненаглядная, только родилась. И уже тогда для меня. Она родилась для меня. ДЛЯ МЕНЯ. Судьба играет с нами жестоко и беспощадно. Она украла у меня тридцать лет.  Но я благодарен её за то, что она подарила мне время сейчас.
 А затем… затем жена узнала о наших встречах. Через год счастья я вернулся в ад. Я перестал быть мужчиной и стал школьником, которого ругают как собачонку за проступок. Я бы смог вынести всё, но эта мегера напоселась на мою девочку. Её отчислили из университета. Она очернила её перед людьми, и эта глупая толпа гнала её от себя как прокаженную. Впервые всё мое естество восстало против этой недалёкой женщины. Впервые, я нашел в себе силы сказать ей всё. Впервые, ни один скандал не мог удержать меня от желания разорвать свой брак с ней. И я сделал это. Но я опоздал.
В тот злосчастное утро, когда я со скандалом ушёл от жены, посыльный принёс мне записку. Это был её почерк. Аккуратно выведенные буквы, местами размытые от слёз. Она прощалась со мной. Прощалась навсегда. Её нашли в ванной. Мертвой. Покончила с собой. Я презираю себя. Я не смог защитить её. Не нашел в себе смелости дать отпор раньше. Я растоптал её любовь. Будь я проклят!
Дело закрыли. Отведя меня в сторону, следователь шепнул, что это не похоже на самоубийство. Начальству не нужны нераскрытые преступления, но следователь был уверен, что записку писали под  давлением. На самоубийство легче списать. И тут я всё понял. Эта она, моя жена, отобрала жизнь у моей девочки.
Я дождался её вечером. Сказал, что нас пригласили на светский ужин. В глазах у неё был нездоровый блеск ликования надо мной. Она наблюдала за моей реакцией, а на её губах застыла насмешка. Я не мог ошибаться. Она обо всём узнала и убила. Напомаженная и увешанная драгоценностями, она, не подозревая ни о чём, села ко мне в машину. Когда мы выехали из города, жена заподозрила неладное и потребовала остановить машину. Я не остановился и она начала кричать, а затем попыталась выпрыгнуть на ходу. Я ударил её. Впервые в жизни поднял руку на женщину. Жалости не было. Это не женщина, это монстр. Я вывез её в лес. Вытащил тело и бросил под деревом. Когда эта ведьма пришла в себя, я сказал, что всё знаю. Блефовал, но мне нужно было знать правду. И она, умоляя меня не убивать её, обо всём рассказала. Это её любовник и сын, жившие на мои деньги, убивали мою нимфу. Безжалостно. Беспощадно.
Я бросился к ней. Ударил по лицу. Кровь брызнула у неё изо рта. Стал душить. А она, глотая кровь и слёзы, вцепилась в меня кошка. Боялась умирать. А убивать не побоялась. Гадина. Мне стало так отвратительно. Я бы забрал у неё жизнь, не задумываясь. Но неожиданно перед глазами возник образ моей милой. И я разжал руки. Как я мог столько лет жить с этой мегерой. Это же животное, у которого нет ничего человеческого. Она не стоит того, чтобы марать об неё руки. Я приказал ей убраться из города, иначе я довершу начатое. Я оставил её под деревом. Смотря, как она извивается у моих ног, едва сдержал себя, чтобы снова не впиться руками в её шею. Мои глаза светились слепой яростью. Видимо, она поняла, что я не шучу, потому что больше я не видел ни её, ни сынка.
С того дня моя жизнь превратилась в один сплошной кошмар. Я хотел увидеть мою любимую хотя бы во сне, на коленях вымолить прощение, но сон покинул меня. Я снова стал бродить по улицам. Бежал из дома, как изгой. Сердце болело. Три месяца жил на таблетках. Никому не говорил. Не с кем было поговорить. В этот день сердце особенно ныло. Я откинулся в кресле в кабинете, глотнул таблетку. «Сейчас попустит».
Открыл глаза. Стою на зелёном лугу, а предо мною две чаши. Выросли из-под земли, как два больших подсолнуха. Пора отдавать время, данное мне на земле. Время, потраченное на благие дела, заполнило чашу лишь на дне. Чашу времени, растраченного зря, залило до самого верха. Больше отдать нечего. Счастлив не был. И других счастливыми не сделал. Заплакал. Теперь можно. Увидел вдалеке черные тени. Это за мной. Приготовился идти за ними. Смирился. Я это заслужил. И вдруг до меня донесся аромат леса, цветов, травы. Каштановые волосы мелькнули предо мной. Моя зеленоглазая нимфа подошла к чаше благих дел и прошептала: «Я люблю».
И чаша заполнилась до краёв, светлая жидкость из неё разлилась по траве и на лугу взошли цветы. Таких не бывает на земле. Это цветы жизни – другой жизни, в которой царит любовь. Улыбаясь мне, она взяла меня за руку, и повела вперед к бескрайнему горизонту, где я, наконец, буду счастлив. Буду СЧАСТЛИВ!

E-mail: munacralot@gmail.com
©Камалия Готти-2018. Все права защищены.